КАТЫНЬ И МЕДНОЕ: ВОПРОСОВ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ОТВЕТОВ

В марте отмечается очередная годовщина «рассекречивания» якобы сенсационных документов по делу о расстреле польских военнопленных сотрудниками НКВД. В Катыне под Смоленском и в Медном под Тверью в конец XX века были даже открыты польские мемориалы.

Катынь

Мемориал в Катыне

На 11 марта в Твери в музее Салтыкова-Щедрина запланировано проведение круглого стола, посвященного «Катынскому делу». Его организует либеральная общественность города.

Однако далеко не все историки придерживаются версии, согласно которой польские военнопленные были расстреляны по приказу «особой тройки»НКВД. В частности, существует версия, согласно которой рассекреченный документы являются фальшивкой, созданной в 90-е годы XX века с целью дискредитировать СССР. Такую точку зрения отстаивают такие серьезные исследователи, как публицист Сергей Стрыгин, профессор Алексей Плотников, журналист Анатолий Вассерман и другие. 11 марта многие из них намерены приехать в Тверь, чтобы принять участие в работе круглого стола и озвучить на нем свою позицию. Она же изложена в статье Максима Самохина «Напрасное покаяние за Катынь», опубликованной в «Экспресс газете». «Тверская неделя» публикует её целиком.

Напрасное покаяние за Катынь

Документы о расстреле поляков в Катыни действительно оказались собачьей чушью.

Враги России готовятся отпраздновать очередную дату своей победы. Им удалось убедить русский народ, что 5 марта 1940 года Лаврентий Берия и Иосиф Сталин дали приказ расстрелять около 20 тысяч пленных поляков. По решению Госдумы, именно эта версия «преступления тоталитарного сталинского режима» считается правильной, и она же, скорее всего, войдет в единый учебник истории. Наших детей опять заставят каяться за преступление, которое мы не совершали. И все идет к тому, что узнать правду у них не будет никакой возможности. По примеру европейских стран, где законом запрещено задавать вопросы о холокосте, нам могут запретить подвергать сомнению «доказательства» катынской трагедии. А их в этом году стало еще больше.

Михаил Горбачев и Войцех Ярузельский

Михаил Горбачев и Войцех Ярузельский

Закрытое катынское дело родилось второй раз по идиотской инициативе Михаила Горбачева. Во время визита в Москву в апреле 1990 года Войцеха Ярузельского Михаил Сергеевич в знак доброй воли передал ему копии документов о судьбах польских военнопленных. Это были всего лишь этапные списки НКВД. Ни о каких расстрелах там не говорилось. К тому моменту было уже сто раз доказано, что поляков, захваченных в 1941 году в советских лагерях для военнопленных, ликвидировали немецкие зондеркоманды. Но горбачевская передача «расстрельных» списков так понравилась идеологам перестройки, что они решили вырыть этот разложившийся труп геббельсовской пропаганды и окончательно отравить его ядом советский режим. В итоге на свет появились «прямые документальные доказательства» вины СССР. Откуда же?

Протоколы ельциноидов

Виктор Илюхин

Виктор Илюхин

«В начале 90-х годов была создана группа из специалистов высокого ранга по подделке архивных документов, касающихся сталинского периода советской истории,– сообщил в 2010 году депутат Виктор Илюхин. – Эта группа работала в структуре службы безопасности российского президента Бориса Ельцина».

Депутат заявил об этом после того, как к нему обратился один из бывших сотрудников ФСБ, входивший в окружение ЕБН. В доказательство этот человек предоставил ему чистые бланки документов, соответствующие концу 1930-х – началу 1940-х годов, образцы оттисков штампов и печатей и даже пишущие машинки, которые использовались в центральных партийных учреждениях и органах госбезопасности.

По данным Илюхина, над смысловым содержанием фальшивок работала группа, в которую якобы входили бывший руководитель Росархива Рудольф Пихоя и приближенный к первому российскому президенту тогдашний министр печати и глава межведомственной комиссии по рассекречиванию документов КПСС Михаил Полторанин. Курировал мастеров на все руки заместитель руководителя службы безопасности президента Георгий Рогозин.

Скандал разразиться не успел – никогда не болевший Виктор Илюхин скоропостижно скончался в своем загородном доме. Расследование, которое он требовал, так и не началось. Вместо этого думские комитеты по международным делам, делам СНГ и делам ветеранов подготовили заявление, где отметили, что материалы, которые долгое время хранились в секретных архивах, «не только раскрывают масштабы этой страшной трагедии, но и свидетельствуют, что катынское преступление было совершено по прямому указанию Сталина и других советских руководителей»

Сплошная путаница

печати, переданные Виктору Илюхину

печати, переданные Виктору Илюхину

Сообщение Илюхина заставило независимых экспертов пристальнее подойти к изучению документов. И они, конечно, нашли в них много нелепого. Особое внимание уделили письму Берии Сталину № 794/Б от 5 марта 1940 года, считающееся основным доказательством расстрела польских граждан.

Ведущий эксперт МВД России Эдуард Молоков установил, что первые три страницы этой записки напечатаны на одной пишущей машинке, а четвертая – на другой. Причем шрифт четвертой страницы встречается в подлинных письмах НКВД 1939 – 1940 годов, а шрифт первых трех страниц – новый. Подделан и исходящий номер – 794/Б. В российском Государственном архиве социально-политической истории было выявлено два несомненно подлинных письма Берии с исходящими номерами № 795/б и № 796/б, но от 29 февраля 1940 года. То есть дата и номер «расстрельной» записки не совпадают с хронологией всего остального архива советских документов.

Мало того, в пресловутой записке Берии содержится предложение: «Рассмотрение дел и вынесение решения возложить на тройку, в составе т. Берия (фамилия зачеркнута и от руки вписано «Кобулова» – начальника главного экономического управления НКВД), Меркулова и Баштакова».

Политбюро будто бы обсуждает записку Берии о создании «тройки» (их тот же Берия еще в конце 1938 года упразднил, выполняя совместное постановление ЦК и СНК) и выносит решение – бериевские планы по расстрелам утвердить и «тройку» создать.

Это занесено в протокол № 144 заседания Политбюро тоже от 5 марта, хотя там никогда не рассматривали документы Берии меньше чем через три дня после их написания. Но и это не все, поскольку протокол Политбюро за № 143 числится от 6 марта. Опять нестыковка.

Дальше вычеркнутый из «тройки» Берия почему-то продолжает заниматься судьбой польских военнопленных. 7 марта 1940 года он приказал составить списки польских офицеров, содержавшихся в лагерях. А в ноябре того же 1940 года направил Сталину еще одну записку, где сообщил, что в лагерях НКВД СССР содержится 18297 поляков, большая часть которых готова сражаться с Германией в составе частей, если таковые будут организованы на территории Советского Союза. На основании, кстати, этой записки Политбюро ЦК ВКП(б) 4 июня 1941 года вынесло решение о создании польской дивизии.

Что тут сказать? Либералы даже фальшивку сделать не смогли, хотя это как раз по их части. Значит, знать правду они нам тоже запретить не смогут!

Нестыковки и косяки фашистской версии

Про захоронение поляков в Козьих Горах под Смоленском нацисты вспомнили весной 1943 года, когда озаботились внесением раскола в ряды антигитлеровской коалиции. В процессе подготовки катынской провокации гитлеровцы произвели раскопки тех захоронений, что уже были в Козьих Горах, и свезли туда дополнительно трупы из мест других захоронений 1941 года. Широкомасштабная акция произвела впечатление только на ангажированных экспертов, которые закрыли глаза на многочисленные нестыковки и косяки представления:

* Расстрел был произведен без какой-либо маскировки под «почерк НКВД» – из немецких пистолетов калибров 7,65 мм, 6,35 мм и 9 мм. И немецким способом – лежачего человека в затылок.

* В раскопах были найдены гильзы только от патронов с немецкой маркировкой. Часть гильз была стальной, их производство началось только в январе 1941 года.

* Руки убитых поляков были связаны шпагатом немецкого производства, а трупы расположены аккуратно лицом вниз.

* На погонах расстрелянных сохранились звездочки, что противоречило советскому положению того времени о военнопленных.

* На телах поляков обнаружились документы, датированные осенью 1940-го и даже лета 1941-го.

* Свидетели упоминают большое количество найденных двухзлотовых купюр военного выпуска – это банкноты, напечатанные в марте – апреле 1940 года в оккупированном Кракове. В карманах польских офицеров, находившихся в плену с 1939 года и расстрелянных будто бы в апреле 1940 года, они никак не могли быть обнаружены.

* Многие документы якобы расстрелянных поляков, в частности два польских номерных полицейских жетона (№ 1441 принадлежал Юзефу Кулиговскому, № 1099 – Людвику Маловейскому), впоследствии были найдены во Владимиро-Волынском захоронении 1941 года.

* Местные жители видели пленных поляков живыми и в июле – августе 1941 года – то есть спустя некоторое время после захвата Смоленска немцами. А местом захоронения была территория пионерского лагеря, находившегося на балансе смоленской Облпромкассы и работавшего и в 1940, и в 1941 году.

Ссылка на источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.